Крестный ход

Аватара не загружена

Какой неподъемной становится через какое-то время ноша и как  до кровавых мозолей стираются ноги…Татарск недавно стал местом остановки  участников Всероссийского Крестного хода – из Владивостока в Москву. На территории каждого края, области, района, через которые идут крестоносцы,  к ним присоединяются новые участники,  и лишь небольшое ядро - тех, кто идет с самого начала, их осталось семеро.   Нам удалось побеседовать со старшим из них – Александром Николаевичем Дьячковым, худощавым мужчиной лет шестидесяти, с  белой бородой. Он и его супруга Галина Ильинична – из тех семи, что идут с самого начала. Оба – бывшие геофизики, из Иркутска. Она – крещеная с детства, он крестился после смерти сына. 

- Как вы стали участниками этого Крестного хода?

- Мы уже не первый раз принимаем участие в крестных ходах.  Мы ходили из Курска в Дивеево, когда переносили мощи Святого Серафима Саровского. Организаторами нынешнего Крестного хода стали фонд «Андреевский флаг» и Русское Афонское общество.  Как известно, 18 мая был подписан акт об объединении православных Российской и зарубежной Церквей. В честь этого важнейшего события Патриарх и благословил Международную духовно-просветительную программу «Под звездой Богородицы». В ее рамках  были предусмотрены восемь крестных ходов из шести городов России и двух центров Вселенского Православия – Иерусалима и Афона, которые символизирует восемь лучей  Звезды Богородицы (Вифлеемской звезды). Наш крестный ход – из Владивостока до Москвы – самый большой по протяженности.

 - Что Вас больше всего впечатлило на  вашем нелегком пути?

- Сильных впечатлений очень много. Очень красивым было само начало Крестного хода – во Владивостоке, 20 мая.  По городу шли  больше 10 тысяч человек,  в сопровождении морских пехотинцев, еще по бокам колонны шли монашествующие. Впереди – фонари, хоругви. Потом, от стелы до первого монастыря нас шло несколько сотен человек, а дальше уже – человек 60-70. До границы с Хабаровским краем  нас сопровождали семь морских пехотинцев во главе со старшим лейтенантом.  На каждой территории люди присоединялись, проходили вместе с нами часть пути, кто сколько мог. Одна женщина, Наталья, кроткая такая, смиренная, с двумя детьми, девочкой 14 лет и мальчиком 12 лет,  шли с нами месяца полтора, до сентября. Везде нас народ тепло встречал, кормили, поили.  Чувствовалась поддержка и светских, и церковных властей. Очень запомнилась встреча в Биробиджане.  Там нас  епископ сам встретил,  беседовал с нами часа три. Кстати, шли мы там мимо таких мест, как Волочаевка, где в гражданскую войну  шли братоубийственные бои. Наслушались про печально знаменитые Кульдурские лагеря времен сталинских репрессий.   Во время одной из остановок нас разместили в балках военных строителей. Оказалось, что у них там за год умерло шесть человек. И неудивительно – балки были построены на кладбище бывших заключенных. К нам туда приехал благочинный, и  была освящена вся территория.  А потом многие во главе с полковником крестились в церкви Флора и Лавра, что находится в соседнем поселке Известковый.

По Хабаровску нас тоже сопровождали военные, спецназ нес икону.  В Благовещенске встречали нас  особо торжественно – два епископа. Один – владыка Гавриил, архиепископ Благовещенский и Тындинский,  другой – епископ Женевский и Западно-Европейский Михаил, он специально прилетел в Благовещенск благословить Крестный ход.

В Амурской области, там бедненько, встречали нас скромно. В Чите владыка Евстафий, епископ Читинский и Забайкальский,   не только встретил нас, но и всю Читу прошел с нами крестным ходом. В Красноярском крае были сложности. Хотя здесь мы прошли по всем четырем поклонным крестам и везде отслужили молебен. Это было впервые в истории Красноярского края. В Новосибирской области игумен Феодосий, настоятель  собора Всех Святых Новомучеников Российских, возился с нами, как отец родной, низкий поклон ему и благодарность. Икону Святителя Николая подарили.

- Тяжелее было вначале или сейчас?

-  В Приморье тяжело было идти – влажность высока, и ноги сначала стирали до мозолей. Зубы сцепишь от боли и идешь.  Потом притерпелись. К зиме термоодежду нам подарили, видите, курточки легкие, а в них тепло.

- Вы ощущаете, как воздействует на людей ваш Крестный ход в тех местах, где вы проходите?

- Это очень ощутимо. Не только люди, но и вся природа, по-моему, волнуется, когда идет Крестный ход. В начале пути, помню,  соловьи пели – проходим, они сзади замолкают, а впереди петь начинают,  табун лошадей останавливается – ушами прядают, слушают. Это не потому, что мы, участники хода, такие хорошие, мы обычные грешные люди. Но ход благословили,  с ним столько людей уже прошли и еще пройдут, за него  столько молятся, что в нем проявляется соборность, патриотизм. Зачем мы идем?  Чтобы жила вера, чтобы завтра за нас  помолились наши дети. И это будет возможно, пока жива Церковь, пока жива Россия. Крестный ход – это мы все вместе…

Галина ОРЛОВА

Подробнее об этом и других крестных ходах программы «Под звездой Богородицы» можно прочитать на сайте Anflag.ru

- +

Татарская ЦРБ


Комментарии скрыты