И еще десяток "причин" не ходить в храм

Bird
Прием одиннадцатый: «Я такой грешный, куда мне еще в церковь?»

Представьте себе человека, который скажет: «Я такой грязный, куда мне еще в баню?»

А куда же тебе еще?

Вот только в церковь вам и надо, драгоценные грешники! Нагрешили с три короба — вот вам и не нужно ходить туда, где можно еще прибавлять грехов. Пора именно в церковь. Давно пора! Пора очищаться, омываться, набираться сил для борьбы с грехом, учиться, как это делать. Церковь — школа борьбы с грехом. А хуже греха ничего нет. От него все беды, все слезы. Грех хуже смерти. Смерти никому из нас не избежать, а вот умирать с нераскаянными грехами — не приведи Господь. Уж больно тяжко будет потом. Пока есть возможность, пока еще не поздно — надо бежать в церковь, не откладывать ни дня.

Вот тут и подстерегает еще один прием.

 

^ Прием двенадцатый: «У меня нет времени. Мне некогда»

Если перевести эти слова на язык честный, то получится: «Я считаю, что у меня есть дела поважнее» .

Но это не так. Более важного дела, чем спасение души, у нас нет.

Если же быть еще честнее, то придется признать, что мы, к сожалению, предпочитаем хождению в церковь не только дела, но даже их отсутствие.

Разве мы не уделяем часы и дни телевизору, интернету, чтению газет, телефонным разговорам? Мы ведь не отказываемся от этого, потому что на это нет времени. А это, может, не приносит никакой пользы.

Сколько у нас ежедневных не только бесполезных, но даже вредных занятий: мы обсуждаем, осуждаем других людей, перемываем косточки начальству, от чего оно нисколько не становится лучше, а нам не прибавляется ни копейки зарплаты. Более того, мы духовно беднеем: набираем себе грехов, делаем более строгим к нам Суд Божий. Ведь Господь сказал: Не судите, да не судимы будете (Мф. 7:2).

А есть занятие, которое всегда меняет и жизнь, и нас самих к лучшему — это молитва.

 

^ Прием тринадцатый:«В церковь ходить не получается»

Само не получится.

Как и многое другое в жизни.

Представь себе: ты дня два рабочих пропустишь, придешь без бюллетеня, начальник тебя спросит:

— Почему вы не были на работе?

Ты скажешь в ответ:

—    Не получается.

А он тебе — скорее всего:

—    Пишите заявление об уходе.

И будет прав. Разве это работник?

Или, тем более, если воин скажет командиру:

—    У меня не получается встать в строй, не получается выйти на боевое дежурство, не получается дать бой противнику…

Разве это воин?

Когда нас крестили, батюшки всех нас называли: воин Христа Бога. Почему? Потому что идет постоянная невидимая война. В крещении мы соединяемся со Христом, поступаем в Его воинство, одеваемся в свет, надеваем броню правды, получаем от Бога духовное оружие, доспехи Духа Святого, ограждаемся и вооружаемся крестом — оружием мира. Невидимый враг, от которого мы перед этим отреклись, непрестанно сражается с каждым из нас, всех до единого стремится обмануть и погубить навеки. И с этой войны никуда не убежишь, не дезертируешь: бесы — везде. Можно только попасть к ним в плен. Причем, не понимая этого, а даже, может быть, и радуясь этому. Потому что это плен духовный. Душа не всегда может ощущать, что она «не на месте». Если ты думаешь, что это какое-то преувеличение, что можно «просто жить», не думая о душе, то это значит, что врагу удалось тебя обмануть.

Конечно, Господь хранит нас, Ангелы оберегают, Церковь круглые сутки молится о всех своих чадах. Вместе с восходом солнца по всему земному шару, по всем православным храмам и монастырям движется Божественная литургия, идет непрерывная молитва. Но и сам не плошай. И ты старайся молиться вместе с Церковью за всех православных христиан. Это духовное единство называется соборностью. У нас Церковь соборная, как мы исповедуем в Символе веры. Это великая сила, неодолимая для врага.

Так что же стоит на самом деле за этими лукавыми словами: «не получается»?

То, что мы, значит, стали пленниками суеты.

Это род зависимости. Наркотик суеты нами обладает, нами управляет. В этой суете вроде бы всё наполнение нашей жизни, весь ее смысл, без нее вроде бы невозможно. Так и говорят: «Суета заела».

Мы просим Бога словами Псалтири: Отврати очи мои еже не видети суеты (Пс. 118:37).

Нас защищает от суеты исполнение заповедей Божиих, правил Церкви. Церковная дисциплина помогает нам преодолеть все препятствия и хотя бы раз в неделю остановиться, прийти в себя, задуматься: для чего я живу? Так ли надо жить? Как?..

 

^ Прием четырнадцатый: «Еще успею, не сейчас, потом как-нибудь»

Если мы ходим в храм только тогда, когда у нас случается что-то неприятное, то получается, что мы у Бога просим скорбей. Мы словно бы говорим: «Господи, пока не дашь скорбей, я к Тебе не пойду».

Но лучше не ждать их.

Когда попадешь в житейскую яму, выбраться из нее бывает труднее, чем уберечься от нее.

Поэтому народ и говорит: «От греха – подальше».

Жизнь показывает, что хорошее дело лучше не откладывать. Лучше откладывать плохие дела. Можно не успеть сделать главное.

Родители, бывало, спрашивали:

—     Батюшка, ребенок умер на тридцатый день жизни, некрещеный. Что можно для него сделать в церкви?

Ничего. Он не в Церкви. Если бы окрестили его на восьмой день, как положено, тогда можно было бы и отпевать, и поминать его в церковной молитве. За него молилась бы вся Церковь.

 

^ Прием пятнадцатый; «Я не могу ходить в храм, мне там бывает плохо»

Пока человек принимает мысли против Церкви и верит им, врагу больше ничего не надо. Но если человек преодолел эти препятствия, если он все-таки пришел в храм, то враг старается любыми путями выгнать из храма. Либо насылает излишне ретивых «защитников благочестия», которые делают всякие неприятные замечания. Либо внушает какие-нибудь панические мысли: «А выключила ли я дома утюг?!» Либо, наконец, человеку просто становится плохо в храме, хочется выйти.

Если не поддаться на эти вражьи козни, все преодолеть — станет лучше. Перекреститься, помолиться: «Господи, сохрани жилище наше от всякого зла». Покаяться: «Какой же я грешный… Сколько времени мимо храма проходил! О чем только думал в жизни? Что я — вечно что ли буду на земле? Господи, прости меня, не отвергай меня, недостойного, прими меня, укрепи, помоги мне…» И Господь примет и поможет. Нам трудно бывает в церкви, потому что мы грешные. Больному человеку трудно бывает лечиться, но он терпит, потому что хочет выздороветь.

А бывает так легко, так хорошо!.. Как больше нигде.

 

^ Прием шестнадцатый: «Я не понимаю, что в церкви говорят»

Пришел, допустим, первоклассник в школу, посидел, послушал, что говорят на уроках, сказал: «Мне непонятно!» — собрал ранец и пошел домой: «Лучше останусь дошкольником».

В первом классе нам многое было непонятно из программы десятилетки. Но в школу мы ходили. Каждый день вставали по будильнику. Преодолевали свою лень. (Вот еще что маскируется под всеми этими вескими якобы «причинами».)

Изучать английский язык мы не бросаем, сказав: «Слишком много непонятных слов».

Так же и здесь. Начни ходить в церковь — с каждый разом будет понятнее.

Да ведь уже многое понятно. Господи, помилуй — понятно. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу — понятно. Пресвятая Богородице, спаси нас — понятно. В молитве Отче наш… все понятно. А ведь это — главные молитвы. Если вслушиваться, будет понятно и многое другое, все больше и больше.

Язык Богослужения — церковнославянский язык — это особый язык. На нем легче всего говорить с Богом. Это великое наше сокровище. Полностью он непереводим, незаменим русским языком.

Богослужение воспринимается не только разумом. Богослужение — это благодать. Это особая красота. Богослужение обращено ко всей душе человека. Оно и для глаза, и для уха, и для обоняния. Все это вместе питает душу человека, и душа меняется, очищается, возвышается, хотя разум и не понимает, что с ней происходит.

Никто не выходит из храма таким же, каким в него вошел.

Купи Евангелие, читай дома. На современном русском языке, современным русским шрифтом. Все это сегодня, слава Богу, доступно.

Один молодой человек как-то сказал батюшке, что не может ходить в церковь, пока не поймет, что там происходит.

Батюшка спросил его:

— А ты понимаешь, как у тебя в животе пища переваривается?

— Нет, — чистосердечно признался молодой

человек.

 — Ну, тогда пока не поймешь, не ешь, — посоветовал ему батюшка.

 

^ Прием семнадцатый: «Читать и слушать Евангелие трудно»

Совершенно верно. И это тоже говорит о том, что дело это нужное. Это не развлечение, которое бывает легким. Мы видим в жизни: всё настоящее, всё полезное связано с трудом, с усилием. Вырастить хлеб, приготовить вкусный обед, построить дом, получить образование, родить и воспитать ребенка — разве это не требует труда? Но мы идем на это, потому что хотим видеть результат. Результаты всякого духовного труда: чтения Слова Божия, молитвы, хождения в храм, поста, участия в Таинствах Церкви, борьбы с грехом (своим! Это труднее всего!) – самые великие. Результаты эти — любовь, терпение, чистая совесть, мир в душе и мир с людьми — уже здесь. А там, в будущей жизни, — вечная радость с Господом. Никакие наши обычные труды таких великих результатов не дают.

Все в Евангелии не может быть понятно до конца ни одному человеку. Потому что это Слово Божие, а Бог для нас, людей, в полноте непостижим. Потому Он и Бог. Вот Он и дал нам это сокровище, чтобы мы приобщались Его бездонной мудрости, чтобы мы разумно поступали в жизни. Разве мы не убеждались много раз, что способны ошибаться, да еще как? Но в главном нашем деле — деле спасения души — ошибка может быть слишком серьезной: душа может удалиться от Бога, лишиться вечной райской жизни и быть ввержена в вечную адскую муку. О том, как спасти свою бессмертную душу для жизни вечной, как нам жить по любви, без которой жизнь не имеет смысла, и написана книга Евангелие.

 

^ Прием восемнадцатый: «Но мы же светские люди, мы же не монахи»

Конечно, не монахи. У нас совершенно иные, светские нормы жизни, в том числе и духовной, церковной. Мы можем жениться и выходить замуж, создавать православную семью — малую церковь. Можем есть мясо в те дни, когда церковный устав нам позволяет. Можем ходить, ездить, куда нам вздумается. Монахи всего этого не могут. У монахов — полное послушание игумену (игуменье). У них — свое церковное, келейное молитвенное правило, положенные им ежедневные молитвы, поклоны, а у мирян — свое.

 

^ Прием девятнадцатый: «Но есть ведь не только Православная Церковь»

С помощью этого приема дьявол старается отвести нас от единственной истинной веры – Православной, от единственной истинной Церкви, в которой мы уже, слава Богу, крещены, которая дает нам возможность спасения, в которой спаслись миллионы святых. Мы, увы, еще почти ничего толком не знаем о нашей вере, о нашей Церкви, об этом главном богатстве нашего народа — куда нам еще смотреть по сторонам? Мы словно бы никак не поступим в первый класс школы Православия, но стоим на ее пороге и размышляем; «А какие есть еще другие учебные заведения, на других материках?..»

Лучше войдем в эту нашу родную школу. Ведь столько времени уже потеряно… Смиренно сядем за парту, как прилежные ученики. И начнем учиться. Внимая чутко всему, что здесь преподается. В этой школе веками учились наши предки. Уж сколько великих, умнейших людей: писателей, ученых, врачей, полководцев, — с благоговением внимали этому знанию и жили по нему «Нас увлекает Запад, — писал святитель Феофан Затворник, — но на Западе уже заходит солнце правды, а мы, восточные, должны пребывать в свете, и не только сами освещаться, но и всем светить».

Святой равноапостольный великий князь Владимир Красное Солнышко тысячу с лишни лет назад отправил послов в разные страны, чтобы они разузнали, где какая вера. И выбрал для нас, милостью Божией, веру Православную. И наш народ тысячу лет прославляет святого князя Владимира за это величайшее благодеяние.

Поэтому враг рода человеческого больше всего и нападал, и нападает на наш православный народ. В том числе и с помощью всевозможных сект и лжеучений. Поэтому нашей стране, народу нашему, православным христианам бывает трудно. Мы особенно ненавистны невидимому врагу и тем, кто ему служит.

Но нам и защита дана от Бога непобедимая — святая Православная вера. Христос Спаситель всегда помогал нам в истории и сейчас помогает. Матерь Божия от лет древних покрывает Своим Покровом особенно Россию. Наша страна издавна именуется Домом Пресвятой Богородицы. Ее называли еще Святой Русью. Святость — идеал нашего народа. Идеал, действительно, наивысочайший из тех, что могут быть у людей на земле. И у нас больше всего святых — людей, которые жили, поставив Бога и спасение души на первое место, которые не пожалели даже своей жизни ради верности Христу, как великое множество новомучеников и исповедников Российских, пострадавших за веру и Церковь на нашей земле совсем недавно, в советское время.

 

^ Прием двадцатый: «Можно и дома молиться»

Не только можно, но и нужно.

Дома мы молимся каждый день по «Молитвослову», читаем прежде всего утренние и вечерние молитвы. Это наше домашнее молитвенное правило. А в субботу вечером, в воскресенье утром, в праздники и накануне их вечером, в любой день, когда душа пожелает, когда почувствует, что ей нужна помощь Божия, идем в храм. Церковная молитва сильнее, чем домашняя. Блаженная Матрона Анемнясевская, исповедница XX века, говорила:

— Дома-то нужно триста раз поклониться, а в церкви-то — три раза.

Дома мы молимся сами, а в церкви — сообща, и эта молитва особенно угодна Богу. Господь сказал:

Идеже еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф. 18:20). В церкви с нами — Сам Господь.

Литургия в переводе на русский язык значит «общее дело».

У протестантов нет богослужения. Нет поминовения усопших. У них и у католиков нет икон. Нет постов. А Господь опять же сказал в Евангелии: Сей род (бесовский) ничимже может изы-ти, токмо молитвою и постом (Мк. 9:29). Вот он там и не выходит. Вот уже Западная Европа прямо считает себя «послехристианской».

У нас, слава Богу, все сохранено в неприкосновенности.

Только в Православной Церкви Таинство Тела и Крови Христовых совершается так, как его установил Сам Иисус Христос, Который сказал: Ядый Мою Плоть, и пияй Мою Кровь, имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день (Ин. 6:54).

Священник Николай БУЛГАКОВ 33 "причины" не ходить в храм.

- +

Татарская ЦРБ


В данный момент, комментариев нет.

Подписаться